sergeyklopov (sergeyklopov) wrote,
sergeyklopov
sergeyklopov

Categories:

Тернистый путь в невесты на Руси


Главное требование было одно: девушка должна быть толстой. Худая никуда не годилась в хозяйстве. Крестьянские нормы были зеркальной противоположностью мироустройства дворян. Идеальная невеста обязана иметь ноги-колонны, руки-грабли, круглое лицо, живот и задницу, заметные через сто одежд. Чтобы выглядеть посимпатичнее, девушки обматывали ноги тряпками и только потом надевали несколько пар чулок. Рубаху на рубаху, сарафан на сарафан. Тонкие ткани с рисунком простегивали изнутри к некрасивому полотну погрубее - чтоб колом стояло и создавало объем.


 
Волосы у приличной девушки должны быть прямыми. Кудрявая девушка считалась проституткой от природы, поэтому любые завитки волос распрямлялись маслом и зачесывались намертво. Длина косы (серьезно ниже пояса) достигалась накладками из чужих волос, сухой травы. Обильные украшения, всяческие расшитые ленты, кисточки и еще бог знает что отвлекали внимание от неопрятного самодельного шиньона.
 
Совершенно как сейчас, в XIX веке и ранее для девушки важен был размер груди. Чтобы она (в смысле - грудь) росла быстрее, ее терли мужской шапкой. Если объемы все же отставали от желаемых, под рубаху подшивали хлопки -свалянные куски кудели. Этот прием был довольно опасен. Игры молодежи, подготавливающие обе стороны к семейной жизни, были предельно фривольны. Девушка, пойманная с накладными грудями, становилась объектом насмешек. Единственная вещь роднила русскую крестьянку с ее госпожой - погоня за ровным белым цветом кожи. Несовершенства (прыщи) мазали волчьим салом. Белизны ради лицо полностью покрывалось свинцовыми белилами или стеарином –свечным воском. Те, кто хотел иметь естественный румянец, натирали щёки бодягой - невероятно колючей травой, заставляющей кровь приливать куда надо. 

 
Особо модные крестьянки рисовали розовым анилином овал во всю щеку, как арлекин, или выводили аккуратные кружочки, полоски или ромбики. Красота была еще та, нынешние метровые ногти с рисунками не идут ни в какое сравнение. Простушки и беднячки красили щеки свеклой. Брови наводили сурьмой от переносицы до висков - как шпалы.
 
Впервые в обществе
 
Как бы жирна и разрисована ни была будущая невеста, чтоб ее заметили и отметили, она должна вовремя войти в компанию девушек на выданье, участвовать во всех безобразиях, много смеяться, остроумно шутить, не быть недотрогой и в то же время добежать до венца девственницей. Когда у девочки начинались месячные, она могла претендовать на самое жалкое место на молодежных сходках - где-нибудь на проходе, у двери. Парни и девушки в самом соку снимали избу у холостяка или одинокой бабки и устраивали там танцы. Обычно набивалось человек пятьдесят, из них две-три «посикушки» или «напусканки» - чьи-то младшие сестры или соседки, удостоенные чести присутствовать при «взрослых делах». «Напусканки» поначалу не имели права голоса или действия. Они должны были смотреть и учиться, запоминать шутки и приемы флирта.
 


 
Умудренные девицы приступали к сексуальному воспитанию малолеток с первых же месячных. Их принято было справлять всей деревней. Девочка приглашала к себе старших девок и замужних баб, те устраивали застолье с выпивкой и ритуальными матерными песнями «про это». Потом девочке выбирали партнершу из опытных, пара уходила в овин «молодиться» - часто первым сексуальным опытом «напусканки» оказывался лесбийский, безопасный. 
 
Лет с пятнадцати девушка считалась невестой. Впереди у нее было пять лет вседозволенности, капризов, лени, ночных свиданий, дневного сна - предполагалось, что за девичество надо нагуляться на всю тяжелую бабью жизнь.
 
Подружкино счастье
 
В деревне или маленьком городе девушки одного возраста сбивались в артель. Они вместе гуляли, вместе проводили вечераодевались в одном стиле.
 

Если девушка не принадлежала артели, ее считали бракованной. Значит, есть что таить, если все пляшут и орут песни, а одна, самая умная, сидит дома. По деревне тут же шел слух - дескать, девушка больна, не способна к зачатию, и парни начинали обходить одиночку стороной. Косо смотрели и на тех, кто на гулянке сидел уныло. Здоровая хорошая девушка должна быть веселой всегда.
 
Артель могла изгнать девушку за сплетни или увод чужого парня. Для нее это было трагедией. Просить за провинившуюся приходилось родителям. Девушку брали обратно на особых условиях, предъявляя повышенные требования, а та была на седьмом небе от счастья - без артели с парнем не познакомишься.
 
Нравы внутри артели отдавали дедовщиной. Вновь поступившую девушку первый год испытывали на добрый нрав: дразнили, щипали, устраивали обидные или болезненные розыгрыши. Спрашивали, например: «Хочешь поиграть в курочку?» Девочка-дурочка соглашалась. Тогда ее ставили на четвереньки, руки и ноги продевали в рукава тулупа, застегивали его на спине несчастной и просили походить или попрыгать. Игра эта еще тридцать лет назад была жива в лагерях и детских санаториях.
 
Если девушка в артели «гнала бухтину» (наговаривала на подруг или просто вечно была недовольна), ей устраивали профилактическую «темную». Привязывали руки к ногам и пинали, пока не надоедало. Потом привязывали к околице и оставляли на ночь. Родители, привычные к утренним приходам дочери, начинали ее искать слишком поздно, когда та уже успевала и нареветься, и наораться (заметим, никто не приходил ей на помощь, понимая, в чем дело).
 
Ленивую девушку, спящую за рукоделием на общей сходке, артель привязывала к скамье. Нерадивой работнице в поле во время сбора урожая кричали: «Девка, кила тебе!», а ночью в ее недожатую полосу втыкали кол со старым лаптем наверху (собственно килу).
 
Стояние на ердани
 
Девушки, прошедшие моральную чистку в своей среде и естественный отбор со стороны парней, несколько раз в году выдерживали комиссию со стороны будущих свекровей. По правилам женщина в годах могла запросто подойти к молодой в любой момент. Покрутить ее, пощупать, задрать юбку, чтобы посмотреть, как обработан подол.
 
Массовый смотр молодняка проходил на Крещение. В большую деревню свозили всех девок на выданье с района, радикально накрашенных, одетых во все лучшее - слоями. Чем больше красивой дорогой одежды было надето на невесте (от выражения «невесть кто», то есть «непознанная»), тем выше была ее рыночная стоимость.
 
После обедни девушек выводили на лед, на реку или озеро, где для них заранее была сделана горка-помост. Этот процесс назывался «стоянием на ердани» (от слова «иордань» -имеется в виду водосвятие). В течение нескольких часов девушки выстаивали неподвижно с приятным выражением лица. Им нельзя было болтать, переминаться и пихаться. Мимо, рассматривая их и отпуская мерзкие шутки, прохаживались парни со своими матерями. Шутки были тестом: если обидится - фиговая выйдет жена, снесет безмолвно или улыбнется - значит, можно думать о кандидатуре.
 
Матери парней пересчитывали на девках юбки, рассматривали качество вышивки, оценивали стоимость ткани. Несмотря на то что рукоделие чрезвычайно высоко ценилось в кругу девушек (взрослые женщины им не занимались, поскольку оно служило воспитанию характера и ничему более), покупные городские ткани привлекали потенциальных свекровок куда сильней.

 
Старые женщины брали молодых за руки - чтобы понять температуру тела. Если замерзла после трех часов неподвижного стояния, в хозяйстве не сгодится. Само собой, регламент предписывал стояние на ердани без рукавиц. Во второй половине дня процесс продолжался на главной площади, у церкви. Там девушки имели право облокотиться на церковную ограду - хоть какое-то облегчение.
 
Без чувств
 
Русский человек осуждал любовь и боялся ее. Не приветствовались лишние движения души, такие как одуряющая страсть человека к человеку или частые походы в церковь и мысли о Боге. Баба должна быть тиха, работяща, послушна мужу и обществу. Ранние браки по расчету были желанны, поскольку старших женить тяжело: они начинают разбираться в людях и себе, противятся выбору родителей, устраивают побеги в город и «самоход» (тайную женитьбу). О любви рассказывали страшные истории и считали ее болезнью.
 
Эротические игры, узаконенные сельской традицией, жесткий петтинг под присмотром стариков (в съемной избе для сходок молодняка всегда присутствовал наблюдатель) должны были подготовить девушку к семейной жизни - без любви, просто так. Почему не ради удовольствия? Да потому что сексуальные радости моралью не одобрялись. Муж мог законно залезть на жену ради зачатия потомства. Если молодые занимались «этим» все время, да еще и родив первого-второго-третьего, дело полагалось нечистым. Или жена -ведьма, истощает своего супруга ласками. Или мужик чокнутый, и жена в таком режиме проживет у него недолго.
 
В период молодежных игр парни могли возбуждать девушек сколько им влезет. Это отчего-то считалось полезным для здоровья. Молодые запросто сидели друг у друга на коленях и шарили под одеждой при всех, целовались, кормили и поили друг друга рот в рот. Посиделки заканчивались за полночь, в теплое время парочки расходились по деревне, чтобы «постоять» где-нибудь в тихом уголке, поговорить наконец о сокровенном, о чем в компании не расскажешь.
 
Зимой жившие на другом конце села оставались ночевать там, где гуляли. Парами! И представьте себе, все было чисто. Подобные чудеса воздержания должны быть занесены в анналы русской Камасутры или?.. Похоже, невестам был хорошо знаком оральный и анальный секс.
 
Семейные пытки
 
Когда смотрины заканчивались битьем по рукам и долгий свадебный ритуал подходил к своей кульминации, молодая жена должна была окропить кровью нижнюю рубаху. Когда супруги ложились на первое свое супружеское ложе, деревня сидела и пила за их потомство...


и каждые полчаса в комнату забегал дружка с вопросом: «Ну как? Сделали дело?» Поутру грязную рубаху «трепали» (показывали всему селу). Считалось, что если невесту уже кто-то познал загодя, детей у пары не будет, жена умрет или муж либо просто бедность грозит семье.
 
Жестокость русских обычаев и тут давала о себе знать. Если девушка, теряя девственность, не пролила ни капли крови и оказалась при этом так наивна, что не порезала себя в незаметном месте, горе ее семье. Родителям наденут на шею хомут, подадут им спиртное в дырявой посуде, сваху смешают с грязью обе стороны. Если подлог будет обнаружен наутро в бане, где - по ритуалу же - мужчина и женщина должны смыть с себя грех супружеского секса, невесте и самой несдобровать.
 
Но если все прошло чин чинарем, молодые все же не должны расслабляться. Первое время на каждом шагу их ждет испытание на добрый нрав. Сколько же можно? Их то закапывают в снег, то сталкивают с саней. Ловят жену, задирают ей юбки и хлещут как придется - для плодородия. Муж должен показно, на людях, бить и унижать жену, чтобы продемонстрировать обществу, как прекрасен их союз.


Словом, молодые обязаны выглядеть какими угодно, только не счастливыми и не влюбленными.
 
источник: журнал Атмосфера 02/09 текст: Татьяна Арефьева
 
 
Tags: www.klopov.ru, свадебный фотограф, свадьба, фотография
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 18 comments